Олег Пеньковский

История несостоявшейся войны
Олег Пеньковский, полковник советской военной разведки, «англо-американский шпион». На Западе он стал человеком-легендой, героем тайных схваток «холодной войны», борцом против советского режима. А для наших людей продолжает оставаться изменником и предателем. Но кого же все-таки предал Олег Пеньковский, кому изменил и изменил ли вообще?

1962 год, октябрь. Мир на грани ядерной войны. Спровоцировал кризис Никита Сергеевич Хрущев — именно его авантюрная и необдуманная акция по размещению на Кубе советского ракетно-ядерного оружия едва не столкнула мир в пропасть. 22 октября 1962 года президент США Джон Кеннеди вводит карантин — морскую и воздушную блокаду Кубы: Америка требует удаления советских ракетно-ядерных средств с острова. Хрущев приводит советские ядерные силы в полную боевую готовность — готовность к нанесению удара по территории США…

27 октября не выдержали нервы советских зенитчиков на Кубе — ракетным залпом сбит самолет-разведчик ВВС США. Казалось, это первый залп третьей мировой… Но Кеннеди не отдал приказ. И был прав.

Почему Кеннеди не дрогнул, почему не сорвался? Он мог, если бы… твердо не знал: русские не нападут первыми — они блефуют. Да, все было блефом, мыльным пузырем — за спиной Хрущева не было той реальной военной мощи, которая могла бы заставить отступить Кеннеди. Мир был заворожен, шокирован советскими успехами, и только узкий круг руководителей США и Англии тогда, в октябре 1962-го, знал: СССР еще не способен к нанесению первого ядерного удара. И дело было не только в огромном дисбалансе сил — 17:1 в пользу США по ядерным средствам, 5000 американских ядерных зарядов против 300 советских. Нет, советские ракеты были мощны, но малоуправляемы и малонадежны — системы их наведения тогда еще были толком не отработаны. Советы в данный момент абсолютно не готовы к войне, за акцией Хрущева на Кубе нет абсолютно ничего — абсолютно никакой подготовки. На чем же базировались эти выводы администрации Кеннеди, что позволило ей действовать столь уверенно и решительно, что Хрущев впервые дрогнул и отступил? Уверенность вселила та информация, которую с апреля 1961 года передавал ценнейший и крупнейший источник информации в Москве — Алекс, он же полковник ГРУ Олег Пеньковский.

По официальным данным, его арестовали 22 октября 1962 года, в самый критический момент Карибского кризиса. Но он уже сыграл главную игру своей жизни.

Неужели один человек мог добыть и передать информацию столь глобального уровня? Да. Косвенно это признал и советский суд: там сообщалось, что с апреля 1961 по осень 1962 года полковник Пеньковский отснял и передал потенциальному противнику 110 кассет фотопленки — более 5 тысяч снимков документации, более 7,5 тысячи страниц секретнейших материалов попало в руки аналитиков Запада…

Военные эксперты НАТО, подчеркивая вклад Алекса в укрепление обороноспособности своего блока, сообщили: полученная от него информация привела к кардинальному переосмыслению всей стратегии НАТО в Европе и ее пересмотру. И практически все западные исследователи единодушно увязывают имя Пеньковского именно с ракетным кризисом вокруг Кубы в 1962 году.

А мы? Что мы знаем о Пеньковском, какой портрет нарисовала официальная пропаганда? «Лицемерие, двуличность, обман»; «Свидетели Пеньковского показали на суде, что он был близок со многими женщинами, прожигал жизнь в питейных заведениях»; «Пеньковский был человеком с крайне ограниченными интересами, с крайне узким кругозором, он не проявлял интереса ни к литературе, ни к музыке, ни к искусству. Он не читал книг». Чекистская логика вечна и неизменна: шпион должен соответствовать высочайше утвержденному клише и образу. Он обязательно должен быть бабником, развратником, пьяницей.

Но реальный Пеньковский далек от образа, карикатурно очерченного судом. Олег Владимирович родился 23 апреля 1919 года в городе Владикавказе в интеллигентной и благополучной по дореволюционным меркам семье. Его отец, Владимир Флорианович, выпускник Варшавского политехнического института, инженер по профессии, в 1918 году стал офицером белой армии. Поручик Пеньковский погиб или пропал без вести в боях против Красной Армии незадолго до рождения сына. Нам трудно подтвердить или опровергнуть этот факт. Родной дядя его отца, напротив, пошел служить к красным. В начале 60-х Валентин Антонович Пеньковский был уже генералом армии, командующим войсками Белорусского военного округа. А у Олега Пеньковского была типичная советская жизнь: школа, комсомол, артиллерийское училище в Киеве… В сентябре 1939 года политрук батареи Пеньковский участвует в боевых действиях против поляков. В январе 1940-го он уже на Карельском фронте, воюет с финнами, в марте вступает в партию. Затем война с Германией: фронт, ранения, награды. Артиллерийский офицер Пеньковский воевал очень неплохо, о чем говорят хотя бы его награды: два ордена Красного Знамени, орден Александра Невского, орден Отечественной войны I степени, орден Красной Звезды, восемь медалей…

В 1948-м он заканчивает одну военную академию, а через год его направляют уже в другую — Военно-дипломатическую — кузницу кадров советской военной разведки. В 50-м Пеньковскому присвоено звание полковника — в 31 год! В 53-м он попадает в центральный аппарат ГРУ — в управление, занимающееся странами Ближнего и Среднего Востока, 1955-й — первая командировка за рубеж в качестве помощника военного атташе в Анкаре. Но его реальная должность — старший помощник резидента ГРУ в Турции…

1958-м годом датируется его первый контакт со спецслужбами Запада. По версии западных исследователей и советских следователей, именно тогда Пеньковский и замыслил перейти на «их» сторону: он пытается заинтересовать резидентуру ЦРУ в Анкаре своей информацией об операциях советской разведки на Ближнем Востоке, о советском проникновении в Египет и Турцию. Но эксперты по контрразведке ЦРУ классифицировали тогда эту активность советского полковника как типичную операцию КГБ. ЦРУ информировало посольства стран НАТО в Анкаре об опасности контактов с этим полковником. Скорее всего, это и была одна из операций, только не КГБ, а ГРУ.

В том же году его направляют в военную академию (уже третью!) — на высшие курсы по новой ракетной технике. После окончания которых в мае 1959-го он снова возвращается в аппарат ГРУ: его направляют уже в отдел, работающий против США, Великобритании и стран Британского содружества — Канады, Австралии, Новой Зеландии…

В круг друзей и знакомых Пеньковского входят высшие армейские генералы, маршалы… Очень неплохо относится к своему подчиненному шеф ГРУ Серов, маршал Варенцов вводит Пеньковского в круг руководства ракетных войск. Такой человек действительно мог обладать доступом к уникальной информации. Но почему он решил работать на Запад, что толкнуло его на это?

Естественно, что столь рекламируемая гэбистами его страсть к женщинам, выпивке и деньгам выглядит явно неуместно. Слабо могу себе представить полковника военной разведки, бегающего по бабам и кабакам, а в перерыве шпионящего для Запада. А ведь и прямые обязанности еще были. И КГБ следил за своими «военными соседями», бдела и служба безопасности самого «Аквариума». И тем не менее Пеньковский принимает решение о сотрудничестве с английской разведкой?!

Англичане решают рискнуть и принять предложение. Они подключают к операции и американцев — слишком важными оказались данные Алекса (такой псевдоним взял себе Пеньковский) для стратегии всего западного сообщества. В иные моменты до двадцати офицеров ЦРУ обеспечивало работу Алекса в Москве. А в Лондоне и Париже с Пеньковским беседуют во время его визита буквально целыми днями: допрашивают, инструктируют, обучают приемам связи. Затем известный нам финал: арест, следствие, суд, расстрел.

Однако загадки Пеньковского здесь только начинаются. Одна из них: как он провалился и каковы обстоятельства его ареста? Вызван ли провал только работой контрразведки или его спровоцировал некий источник в Лондоне или Вашингтоне? Почему Пеньковского просто арестовали, а не взяли с поличным — на контакте, при пересъемке, закладке тайника и т.п.? Почему его связник Винн арестован не в Москве, а в Будапеште — 2 ноября 1962 года, тоже не «на деле», не с поличным взят, а на улице? Почему Пеньковский вообще пошел на поддержание связи через Винна, который был хорошо известен советским спецслужбам (в т.ч. и Пеньковскому) как экс-разведчик? Почему Пеньковский продолжал наращивать интенсивность работы тогда, когда уже все говорило о предстоящем провале: в 1962-м КГБ трижды отказало ему в выездных визах — в США, Бразилию и на Кипр. Разведчик в таких случаях должен рвать все концы, обрубать контакты, давать сигнал провала и «ложиться на дно». Почему именно КГБ берет в свои руки это дело? (ГРУ имеет свою систему внутренней безопасности и следствие по сотрудникам проводит само.) Почему вообще сообщили об этом деле, а не повели скрытую игру по дезинформации противника — обычный прием всех разведок? Ведь огласка внутри страны задевала целый эшелон высших командиров армии…

А может быть, именно поэтому оно и прогремело? Как удар по некоторым военным, удар по конкурентам из военной разведки… Может быть, это вообще была не столько контрразведывательная акция, сколько политическая, направленная на достижение неких целей в кремлевских интригах? Некоторые детали ведь вообще нелепы. Например, суду предъявлялся снимок Пеньковского в форме британского полковника — ему, мол, обещали чин полковника армии Британской империи… И профессионал Пеньковский снялся в этой форме?! И привез снимок в Москву?! Хранил дома?! Нонсенс!

А с Винном Пеньковский где встречается и беседует? В отеле «Националь»! Стоит ли объяснять, что «Националь» был чуть ли не штаб-квартирой КГБ, а его номера для таких, как Винн, были набиты аппаратурой. И стоит ли говорить, что полковник советской военной разведки это знал лучше всех.

Но если его вполне устраивали встречи именно в этой вотчине Лубянки, значит, у него были на то свои резоны. Какие? Профессиональные, вероятно.

Все это наводит на мысль: контакты Пеньковского с англичанами и американцами проходят с ведома и санкции его руководства. Это игра, которую ведет ГРУ с ЦРУ и СИС через своего полковника. Тогда можно объяснить очень многое, почти все. Почему же суд? Приговор? Разведчик, ведущий такую игру даже с санкции руководства, всегда ходит по лезвию ножа, он всегда может стать жертвой таких обстоятельств, которые ведут к срыву в пропасть. Игра может зайти далеко настолько, что даже собственное руководство заподозрит измену и примет меры для подстраховки. А если игру засекают «соседи» из КГБ? Тогда они совсем не обязаны подыгрывать своим конкурентам и фактическим противникам на политических подмостках Кремля. Ведь это великолепная возможность сыграть свою партию, поставив дело так, что ГРУ предпочтет бросить своего человека, предав его, отречься, нежели поставить под удар людей высшего ряда. И предают, и отрекаются — это в традициях наших спецслужб.

Были люди, которые немало могли выиграть от того, что Хрущев потерпел бы сильную неудачу на международной арене и был бы дискредитирован. И в первую очередь — все руководство Вооруженных Сил СССР, не говоря уж о складывающейся антихрущевской оппозиции в ЦК КПСС. Ведь к концу правления Хрущева положение дел в армии было весьма плачевным. Осенью 1957 года Хрущев выбрасывает из армии Жукова — грязно, по-заговорщически. Вместе с ним вышвырнута целая группа генералов. Им дали понять: так может быть с каждым! Впав в эйфорию от успехов советских ракетчиков, Хрущев настолько переоценил роль ракетного оружия, что приступил к реорганизации и ломке сложившейся структуры армии. Удар наносился по ВВС, флоту и артиллерии. Озлобленная, деморализованная армия была не способна к реальной схватке с таким противником, как США. И лучше всех это понимали военные «верхи» — Генштаб, ГРУ. В случае конфликта с Америкой и ее союзниками — хоть на Кубе, хоть в Европе, хоть на Дальнем Востоке — на победу рассчитывать мог только кретин. И понимающие это совсем не жаждали ввязаться в драку.

Апокалипсиса не произошло. И ключевую роль в этом сыграл Пеньковский и переданные им материалы. Они позволили Кеннеди разгадать игру Хрущева, понять ее абсурд. И если военной верхушке СССР нужно было найти такой ход, который позволил бы выйти на контакт с Америкой, дать ей понять, что Советский Союз не желает войны и не готов к ней, то лучшего инструмента, чем ГРУ, у нее не было. И лучшего канала, чем Алекс. Это лишь версия.

А если вернуться к реальному Пеньковскому, то он не мог выжить в любом случае — слишком много знал.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here