Э. Людендорф находил наиболее соответствующим, как по стратегическим, так и по тактическим соображениям, направление Сан-Кантен — Амьен. В районе С.-Кантена английский фронт был наиболее разрежен, а местность не представляла особых тактических препятствий и была проходима уже ранней весной. Направление на Амьен пролегало через недавние поля битв на реке Сомме – но это обстоятельство серьезным препятствием не признавалось.

В стратегическом отношении предлагаемое направление вело на стык английских и французских армий и давало возможность их разъединить и затем, упираясь левым флангом в Сомму, отбрасывать англичан в северо-западном направлении — к морю. План обещал наибольший стратегический успех и ставил прорыв фронта в оптимальные тактические условия – а последним Э. Людендорф придавал огромное значение.

Эти соображения, впервые выявленные на совещании в Монсе, и легли в основу плана предстоящей операции.

В конце ноября 1917 г. последовали внезапная атака англичан у Камбрэ и ответное контрнаступление германцев. Сражение позволило сформулировать ряд важных тактических выводов.

Теперь для немцев стало очевидным, что план серьезной наступательной операции нельзя строить на прорыве лишь одного участка вражеского фронта и на наступлении только на одном направлении. Лишь комбинация чередующихся прорывов могла расшатать позиционный фронт. Поэтому в декабре 1917 года Верховное командование рассылает армейским группам свои соображения, намечавшие следующие направления наступления:

1) Прорыв дуги в районе Ипра — условно названный «С.-Жорж»;2) Прорыв севернее Арраса — условно названный «Марс»;3) С.-Кантенский прорыв на Амьен — условно названный «Михаэль» (распадался на 4 локальных прорыва); 4) Прорыв 3-й армии из района Аргон на юг – «Гектор» (связан с прорывом 1-й армии в Шампани – «Ахилл»);5) Наступление в районе Люневиль – «Страсбург».

Но так как во главу угла было поставлено нанесение поражения англичанам, наиболее важное значение придавалось С. — Кантенскому («Михаэль») и Ипрскому («Марс») прорывам. Последний должен был начаться на 14 дней позднее.

Цель «Михаэля» заключалась в выпрямлении вдававшейся у Камбрэ дуги и широком прорыве английского фронта в районе С.-Кантена. Оно должно было отвлечь из Фландрии резервы англичан и, разъединив британцев и французов, позволить оттеснить к морю весь английский фронт.

Цель «Марса» заключалась в прорыве лишенного резервов английского фронта во Фландрии — в направлении на Газебрук и в охвате его левого фланга с целью отрезать от приморских баз.

Таким образом, германское командование отказалось от наступления лишь на одном участке фронта.

Второй не менее важный вывод заключался в оценке важности тактического элемента — в позиционной войне последний превалировал. Стратегическая важность направления уже не могла служить единственным критерием для его выбора — если позиционные условия, массирование сил противника и сосредоточение его резервов не позволяли рассчитывать на успех прорыва фронта. Под влиянием этого условия появляется характерная для позиционной войны мысль о необходимости прорывать фронт там, где это попросту возможно.

«Тактику необходимо поставить выше чистой стратегии» — говорил Э. Людендорф. И горькая необходимость учитывать реалии позиционной войны не могла не повлиять на развитие оперативного плана. Она заставила Э. Людендорфа окончательно выбрать для первого удара фронт к северу и югу от С.-Кантена — представлявший в тактическом отношении наиболее слабое место противника.

По сведениям германцев, фронт от Арраса до реки Уазы занимали две английские армии: 3-я (от Арраса до Гузокур; в первой линии 8 и в резерве 7 дивизий) и 5-я (от Гузокур до р. Уазы; в первой линии 17 и в резерве 6 дивизий). Всего на фронте от Арраса до р. Уазы имелось 38 английских дивизий, из которых 6 — кавалерийские. В общем резерве на этом участке предполагалось лишь около 6 дивизий, тогда как севернее, по сведениям германцев, в общем резерве находилось до 15 дивизий. Таким образом, участок 3-й и 5-й английских армий являлся наиболее слабым местом противника. Таковым же он являлся и в отношении укрепленных позиций, не имевших никаких тактических преимуществ. Фронт 3-й армии был, правда, сильнее укреплен, имея две хорошо оборудованные линии: первую и линию поддержек, но позиции на фронте 5-й армии, принятые англичанами от французов лишь в январе 1918 года, оставались еще незаконченными. Слабо оборудована была и линия р. Сомма.

«Тактические условия и на первом месте слабые силы противника» — писал Э. Людендорф – «и заставили меня выбрать С.-Кантенское направление для первой решительной атаки».

17-го декабря последовал приказ о занятии новой 18-й армией генерала пехоты О. фон Гутьера (прослывшего после Рижской операции специалистом по прорывам) фронта к югу от 2-й армии — между ручьем Оминьон и рекой Уазой, т.-е. на С.-Кантенском направлении.

«Михаэль». Мартовское наступление кайзеровской армии 1918 г. во Франции. Часть 3

10. О. Гутьер.

24-го января 1918 г. был отдан приказ о занятии новой 17-й армией (до этого – 14-я армия на Итальянском фронте) генерала пехоты О. фон Белова фронта между 6-й и 2-й армиями от Ленса до Камбрэ.

«Михаэль». Мартовское наступление кайзеровской армии 1918 г. во Франции. Часть 3

11. О. Белов.

Тогда же последовала директива, согласно которой операция «Михаэль» 17-й, 2-й и 18-й армий на фронте Круазиль — Ля-Фер считалась первым этапом стратегической наступательной операции на Французском фронте.

Задача «Михаэля» заключалась в широком прорыве английского фронта в районе С.-Кантена — с целью охвата правого фланга англичан и их отбрасывания в северо-западном направлении. С запада и юго-запада этот маневр должен был обеспечиваться на линии р. Соммы и Крозатского канала. Вместе с тем, операция должна была отвлечь резервы англичан из района севернее Арраса.

18-я армия была подчинена фронту Кронпринца Германского, что предопределяло проведение операции на стыке двух армейских групп. Согласованность оперативных действий от этого должна была, несомненно, пострадать. Но Э. Людендорф стоял на той точке зрения, что, подчинив наступающие армии двум командованиям, Главная квартира обеспечивала свое влияние на ход операции. Очевидно, что при решении этого вопроса имели значение и династические интересы: Главная квартира желала, по словам Э. Людендорфа, привлечь к проведению победоносной и решительной операции кронпринца.

Итак, основная задача наступления «Михаэль» заключалась в достижении линии реки Соммы для дальнейшего отбрасывания англичан в северо-западном направлении и охвата их левого фланга. Но группировка сил не в полной мере соответствовала принятому плану. Ведь захват линии реки Соммы являлся лишь средством обеспечения левого фланга армий, которые затем должны были совершать весьма трудное захождение левым плечом в направлении на Альбер — С.-Поль – для достижения конечной задачи. Но для осуществления второстепенной стратегической задачи предназначалась половина сил, сосредоточенных для наступления «Михаэль» — левый фланг 2-й армии и 18-я армия, которые были нацелены на линию реки Соммы.

Лишь наступавшие к северу от Соммы на фронт Круазиль — Перрон силы, т.-е. 17-я армия и правый фланг 2-й армии, были нацелены на главное направление. К тому же в исходном положении эти армии, благодаря линии фронта, загибавшейся с северо-западного на юго-восточное направление, должны были затем совершить захождение левым плечом почти на 90° — что в условиях боевого соприкосновения с противником было очень сложным маневром.

Таким образом, принятая в январе месяце группировка сил находилась в противоречии с принятым планом операции.

Командование 18-й армии плохо мирилось с поставленной ей ограниченной задачей — выхода лишь на линию реки Соммы и Крозатского канала, где она должна была обеспечить левый фланг 2-й и 17-й армий.

Уже в январе месяце начальник штаба 18-й армии изложил штабу армейской группы свои соображения — о том, что атака юго-восточнее С.-Кантена, тактически является наиболее легкой, и 18-я армия, очевидно, уже через двое суток достигнет линии р. Соммы и Крозатского канала. Командование группы поддержало эти соображения, указав Главной квартире на желательность, в случае успешного развития удара 18-й армии, привлечь к наступлению и правофланговые дивизии 7-й армии, перейдя за Сомму.

3-го марта Э. Людендорф собственноручно ответил кронпринцу, что «при быстром и удачном развитии атаки является желательным, чтобы левое крыло 18-й армии продвинулось за канал, для чего следует как можно большее число дивизий 7 армии сосредоточить для переброски через Ля-Фер». Т. о., германское командование, предвидя возможность большого тактического успеха у С.-Кантен, отказывалось от ограниченной задачи, поставленной 18-й армии, и предусматривало ее продвижение за Крозатский канал в западном, а возможно и в юго-западном направлениях. Вместе с тем, центр тяжести операции заметно сдвигался к югу. Здесь у С.-Кантен была сосредоточена половина всех сил, назначенных к наступлению.

Накануне наступления, 20 марта, Э. Людендорф в телефонном разговоре с начальником штаба армейской группы Кронпринца Баварского разъяснил, что, в случае успеха прорыва в центре, он намерен дать 2-й армии направление на Дулланс-Амьен и затем повернуть на юго-запад. 17-я армия должна была продолжать наступление южнее р. Скарпа в одиночестве. Эти соображения ломали первоначальный план операции — вместо развития прорыва в северо-западном направлении получалось наступление в юго-западном направлении. Тактические соображения вновь сыграли доминирующую роль — германское командование планировало развивать прорыв в том направлении, где тактические обстоятельства были более благоприятны.

В стратегическом отношении суть операции становилась неопределенной – после форсирования реки Соммы и Крозатского канала направление наступления 18-й армии становилось эксцентрическим по отношению к северо-западному направлению наступления 17-й армии и части 2-й армии. Расширяя задачи и увеличивая силы (путем привлечения 7-й армии на южном С.-Кантенском участке), германское командование оставляло без изменения положение 17-й армии – действиям которой, со стратегической точки зрения, принадлежало решающее значение. 17-й армии отказали в просимом ее командованием удлинении фронта к северу — под предлогом отсутствия достаточных сил. Все опять упиралось в тактику — на фронте 17-й армии массирование сил противника и условия местности не обещали столь несомненного тактического успеха.

Группировка сил соответствовала лишь тактическим условиям и уже изначально делала сомнительной возможность стратегического развития операции. А основная цель операции — нанесение решительного поражения англичанам путем их отбрасывания в северо-западном направлении — оставалась лишь абстрактной идеей.

«Михаэль». Мартовское наступление кайзеровской армии 1918 г. во Франции. Часть 3

12. Немецкая артиллерия перемещается на новые позиции.

Продолжение следует

Автор: Олейников Алексей

Источник