Серьёзным недостатком германского плана был отказ от планирования операции в глубину после прорыва обороны противника. Людендорф фактически отказался от планирования операции в глубину. Он заявлял: «Мы пробьем брешь, остальное будет само собой».

Планы Антанты

Выход России из войны и начавшаяся вслед за тем систематическая переброска германских войск с Восточного фронта на Западный не оставляла у генеральных штабов Англии и Франции сомнений в том, что в ближайшее время Германия нанесёт мощный удар на Западноевропейском театре военных действий. Было очевидно, что дальше вести позиционную войну на истощение германский блок не в состоянии, и попытается вырвать победу в решительном наступлении.

Уже 26 июля 1917 г. на межсоюзной конференции в Париже руководители союзных армий генералы Ф. Фош, А. Петэн, Д. Першинг, Л. Кадорна и В. Робертсон составили согласованный доклад под названием «Что делать в случае выхода России из войны». В докладе отмечалось, что если даже германское командование и перебросит на Французский фронт те силы, которые действовали в то время против России, союзники все же смогут продержаться до прибытия американских дивизий. В основе плана союзников были следующие условия: 1) переход к обороне на всех второстепенных фронтах и переброска войск оттуда во Францию и Бельгию; 2) максимальное ускорение перевозки американской армии в Западную Европу; 3) единое командование на Западном фронте.

В ноябре 1917 г. командование французской армии считало, что на Западный фронт после прекращения боевых действий против России могут быть переброшены 40-50 германских дивизий и около 20 австро-венгерских дивизий. При этом Австро-Венгрия могла сосредоточить все силы только против Италии. Предполагалось, что количество германских дивизий на Западном фронте возрастет до 200. Союзники же смогут противопоставить им не более 170 дивизий. В такой обстановке, отмечал главнокомандующий французской армией генерал Петэн в докладе Военному комитету от 18 ноября 1917 г., «положение диктует Антанте выжидательную тактику» на Западном фронте. Эта тактика, продолжал он, «требовала возможно более прочной организации фронта, создания многочисленных резервов и сотрудничества союзных армий…».

Уже осенью 1917 года, когда австро-германские войска нанесли тяжелое поражение итальянской армии у Капоретто, главы союзных правительств пришли к решению об образовании Высшего военного совета для улучшения координации операций на западноевропейском театре. Совет состоял из глав правительств и представителей генеральных штабов Англии, Франции, Италии и США. В качестве военных представителей в состав совета вошли: от Франции — М. Вейган, от Англии — Г. Вильсон, от Италии — Л. Кадорна, от США — Т. Блисс.

Образование Высшего военного совета еще не решало проблемы создания единого командования. Британцы были резко против такого решения. В декабре 1917 г. британский премьер-министр Ллойд Джордж заявил в палате общин парламента: «Я решительно против этого учреждения. Оно не смогло бы работать; оно привело бы не только к недоразумениям между армиями, но и к несогласию между странами и правительствами». Эта точка поддерживалась британским командованием и разделялась также французским главнокомандующим Петэном. Англичане и французы не хотели подчиняться друг другу. Эти разногласия серьёзно тормозили разработку общего стратегического плана на кампанию 1918 года.

«Мы пробьём брешь, остальное будет само собой»

Французские артиллеристы во время «Весеннего наступления»

30 января в Версале открылись заседания Высшего военного совета Антанты. На его рассмотрение были вынесены четыре проекта плана предстоящей кампании. Первым предложил свой проект начальник французского Генштаба Ф. Фош. Он отметил, что в 1918 году стоит ждать сильного германского наступления. «Оно будет комбинированным в пространстве и во времени, т. е. распределено по различным участкам франко-английского фронта, а может быть, и итальянского фронта через различные промежутки времени». Фош считал, что проводимые французским и британским командованием меры позволят задержать наступление противника и германцы не достигнут решительного результата. Однако необходимо не просто пассивно обороняться, а использовать удачный момент для захвата стратегической инициативы, и перейти в контрнаступление. Для этого союзные армии должны «в случае наступления противника не только задержать и контратаковать его в районе его наступления, но предпринять мощные контрнаступления с целью отвлечь противника на заранее избранных участках, подготовленных для быстрого проведения таких операций». Необходимо стремиться к тому, чтобы «придать этим операциям форму комбинированного наступления с решительными целями».

Предложение Фоша, наиболее разумное в сложившейся ситуации, встретило решительное сопротивление со стороны главнокомандующих британской и французской армиями. Петэн и Хейг выдвинули свой заранее согласованный проект. Они считали, что ввиду численного превосходства противника союзники на Западном фронте должны ограничиться только обороной. Союзные армии в ходе кампании 1918 года, по их мнению, будут не в состоянии вплоть до полного сосредоточения американской армии, наносить контрудары, ни тем более перейти в решительное наступление.

Третий проект предложил Ллойд Джордж. Поддержав Хейга и Петэна в необходимости оборонительных действий во Франции, он отметил, что, так как в ближайшее время нельзя добиться решительной победы на Западном фронте, то необходимо нанести главный удар в Палестине. Чтобы нанести решительное поражение Османской империи и вывести её из войны. Против этой идеи вступил глава правительства и одновременно военный министр Франции Жорж Клемансо. Он отметил, что эта операция будет «чисто британским делом», так как приведёт к захвату Англией новых территорий на Ближнем Востоке и позволит организовать интервенцию против России. Кроме того, против проекта Ллойда Джорджа выступил начальник английского Генштаба В. Робертсон. Он заявил, что победа британцев в Палестине не будет иметь никакого значения, если союзники потерпят поражение во Франции, а поэтому все усилия необходимо сосредоточить на Западном фронте.

В итоге был принят компромиссный вариант стратегического плана на 1918 г., предложенный военными представителями Англии и Франции в Высшем военном совете, генералами Вильсоном и Вейганом. В Палестине англичане могли организовать наступление, но без привлечения дополнительных сил из Европы. А в основу кампании 1918 года были положены идеи Фоша.

Сложнее обстояло дело с решением вопроса о едином командовании. Французский Генштаб в докладной записке для Высшего военного совета от 6 января 1918 года настоятельно подчеркивал необходимость создания высшего командного органа, «который один способен постоянно отстаивать общий план против частных тенденций и интересов, быстро принимать решения и заставлять проводить их в жизнь без потери времени. Для этого необходимо назначить, по крайней мере для фронта, простирающегося от Северного моря до Швейцарии, авторитетного военного деятеля, который в интересах коалиции… руководил бы действиями на всем фронте, распоряжался бы общими резервами, подготовлял бы контрнаступление и в надлежащий момент отдал бы приказ о его проведении». Эта точка зрения отстаивалась французским Генштабом и генералом Вейганом. Однако против выступали британский и французский главнокомандующие Хейг и Петэн. Оба главнокомандующих, не желая утрачивать своей независимости, доказывали, что, поскольку англо-французские войска на Западном фронте будут вести в основном оборонительные сражения, то нет необходимости менять установившуюся с 1914 г. систему управления войсками, и верховный главнокомандующий совершенно не нужен.

В результате сессия Высшего военного совета по предложению Клемансо приняла, несмотря на сопротивление Хейга и Петэна, компромиссное решение об организации общего союзного резерва из частей английской, французской и итальянской армий. 2 февраля для комплектования и использования резерва был образован Исполнительный комитет во главе с Фошем. Ему предстояло решить вопрос о численности и дислокации общесоюзного резерва. 6 февраля 1918 г. Фош направил главнокомандующим английской, французской и итальянской армиями проект организации резерва. Общий резерв должен был состоять из 30 дивизий, в том числе 17 дивизий (10 французских и 7 английских) на Западном фронте и 13 дивизий (3 французские, 3 английские и 7 итальянских) на Итальянском фронте. Главнокомандующим союзными армиями должны были высказать свои соображения по поводу этого проекта, а также указать количество тяжелой артиллерии и авиации, которое они считали бы целесообразным передать в общий резерв.

Однако Хейг и Петэн продолжали придерживаться прежней точки зрения и заявили о своем нежелании подчиняться решениям Исполнительного комитета. В течение февраля — начала марта Ллойд Джордж и Клемансо также перешли на сторону своих главнокомандующих армиями. На сессии Высшего военного совета 14 марта в Лондоне они заявили, что ввиду нарастающей концентрации германских войск на Французском фронте создание значительного общесоюзного резерва опасно, так как ослабит основные силы английской и французской армий. Идею общего резерва полностью не отвергли, но решили обождать до прибытия основных сил американской армии, что позволит освободить часть англо-французских сил. Кроме того, Ллойд Джордж и Клемансо отказались от прежнего стратегического плана кампании на основе предложения Фоша и поддержали план Хейга и Петэна (только оборона). Мол, главнокомандующие смогут между собой договориться, включая использование резервов. Фош выступил резко против, но остался в меньшинстве.

Таким образом, за неделю до начала германского наступления Высший военный совет Антанты отверг принятые ранее решения об активной обороне с последующим переходом в решительное контрнаступление и создании общесоюзного резерва и принял стратегический план, ориентировавший союзные армии на Западном фронте на пассивно-оборонительный образ действий. Только когда германская армия перешла в наступление и стала теснить союзников верховным главнокомандующим был назначен генерал Ф. Фош, а вместе с тем стал приводиться в исполнение и его стратегический план.

Относительно места предстоящего германского удара у союзного командования долгое время не было ясности. К началу вражеского наступления Хейг и Петэн пришли к выводу, что оно последует против 3-й и 5-й английских армий в районе между Скарпом и Уазой. Считался также возможным одновременный вспомогательный удар против французов в Шампани в районе Вердена, Реймса. Однако сила, цели и последствия германского удара определены не были. При этом Клемансо выразил резкое несогласие со взглядами главнокомандующего на то, что основные усилия обороняющихся войск и резервов необходимо перенести в глубину тактической зоны обороны на промежуточную и вторую позиции. А первую позицию предлагалось рассматривать как прикрытие, годное для того, чтобы задержать и ослабить натиск противника. Жесткая оборона каждого метра земли осуждалась, признавалась возможной временная потеря первой позиции. Клемансо считал, что основные усилия нужно сосредоточить на первой, более укрепленной позиции. Это привело к тому, что основные силы французских войск стали сосредоточивать на первой позиции.

«Мы пробьём брешь, остальное будет само собой»

Германский танк A7V «Wotan» на Западном фронте. 1918 год

Силы сторон

Стремясь добиться в 1918 г. решительной победы над Антантой до прибытия основных сил американской армии, германское верховное командование сосредоточило для наступления на Западном фронте 194,5 дивизии, объединенные в четыре группы армий. Группа армий под командованием кронпринца Руппрехта (4-я, 6-я, 17-я и 2-я армии; всего 83 дивизии) располагалась от побережья Ла-Манша до Сен-Кантена. Группа армий кронпринца Вильгельма (18-я, 7-я, 1-я и 3-я армии; 61 дивизия) стояла от Сен-Кантена до Аргонн. 5-я армия и армейская группа «С» под общим командованием Гальвица (24 дивизии) располагалась от Аргонн до Мозеля. Группа армий под началом герцога Альбрехта (19-я армия, армейские группы «А» и «В»; 26,5 дивизий) дислоцировалась от Мозеля до границы Швейцарии. Общая численность немецких войск на Западном фронте составляла около 4 млн. человек. Они имели более 15 тыс. артиллерийских орудий, около 3 тыс. самолетов.

Войска Антанты состояли из 176 пехотных и 10 кавалерийских дивизий. От побережья до района севернее Ипра оборонялась бельгийская армия под командованием короля Альберта в составе 12 пехотных и 1 кавалерийской дивизии. Далее до Сен-Кантена и южнее располагались британские войска — 5-я, 3-я, 1-я и 2-я английские армии (60 пехотных и 3 кавалерийские дивизии) под командованием фельдмаршала Хейга. Французские войска под началом генерала Петэна насчитывали 104 пехотные и 6 кавалерийских дивизий, объединенных в три группы армий. Северная группа армий под командованием Франше д’Эсперэ в составе 4-й, 5-й и 6-й армий (42 пехотные дивизии) занимала фронт от Сен-Кантена до Вердена. Восточная группа армий под началом генерала Кастельно (в составе 56 пехотных дивизий) стояла от Вердена до швейцарской границы. Кроме того, 6 пехотных и 6 кавалерийских дивизий под командованием генерала Файоля образовывали резервную группировку, дислоцировавшуюся на путях к Парижу в тылу Северной, а частично Восточной групп армий. Союзные войска насчитывали около 5 млн. человек, около 16 тыс. орудий, свыше 3800 самолетов и более 800 танков.

Таким образом, германская армия превосходила союзников на 18,5 пехотных дивизий, но уступала им по общей численности личного состава. Армии Антанты имели больше артиллерии, самолетов, а также полное превосходство в танках и кавалерии.

«Мы пробьём брешь, остальное будет само собой»

Английская 9,2-дюймовая ж/д пушка

«Мы пробьём брешь, остальное будет само собой»

Французский бронированный автомобиль. Апрель 1918 г.

План наступления германской армии

Первые наброски плана большого весеннего наступления на Французском фронте были сделаны германским командованием ещё осенью 1917 года. 11 ноября 1917 г. в Монсе прошло совещание начальников штабов групп армий. Начальник штаба группы армий кронпринца Вильгельма полковник Шуленбург и начальник оперативного отдела верховного командования подполковник Ветцель предложили повторить удар в районе Вердена. Успех операции вёл к захвату важного укрепленного района, к усилению позиций германской армии в центральной части фронта, а также к выпрямлению и сокращению линии фронта. Однако французы это также понимали и, опасаясь прорыва врага к столице, имели на этом участке крупные силы и значительные резервы, которые опирались на мощные укрепления. Как показывал опыт 1916 г. французы готовы были драться за Верден до последнего солдата. Наступление на этом направлении могло привести к новой верденской мясорубке, и окончательно истощить силы и средства германской армии.

Второй вариант наступления предложил начальник штаба группы армий кронпринца Руппрехта генерал Кулем. План предусматривал наступление во Фландрии в районе Армантьера и Ипра с целью захватить побережье Ла-Манша, чтобы отрезать британские армии от французов и, прижав англичан к морю, уничтожить противника на ограниченном пространстве. План разгрома британской армии обсуждался верховным командованием Германии ещё в конце 1915 — начале 1916 г. Но тогда эта цель для германской армии была недостижима. Теперь же наступление против англичан, которые в ходе кампании 1917 года понесли значительные потери, казалось весьма перспективным со стратегической точки зрения. В случае победы открывалась возможность скорейшего завершения войны. Германцы могли занять порты Кале, Дюнкерк и Булонь, через которые шли пополнения и различные поставки для союзников. Порты находились всего в 90-100 км от линии фронта. «Если мы достигнем берега канала, — писал Гинденбург, — то мы непосредственно затронем жизненный нерв Англии. Мы не только получим возможность мешать подвозу морем, но сможем отсюда обстрелять британский южный берег нашими дальнобойными орудиями».

Разгром британской армии и разделение сил союзников, позволял сосредоточить все силы против Франции и вывести её из войны. Наступление облегчалось наличием в тылу германских армий во Фландрии густой сети железных дорог, необходимых для снабжения войск. Проблемой был тот факт, что англичане также ждали здесь наступления противника и сосредоточили в этом районе основные свои резервы. Кроме того, как показали бои 1917 года, главным препятствием на этом направлении были низменная, болотистая местность и неблагоприятные погодные условия, не позволявшие начать наступление ранее середины апреля, когда земля более или менее подсохнет. В ходе кампании 1917 года, наступающие здесь британские войска буквально тонули в грязи.

Людендорф согласился с идеей Куля в том, что главный удар необходимо нанести по британской армии. Но он считал наиболее целесообразным наступление не в районе Армантьер, Ипр, а южнее, в наиболее слабом месте союзного фронта, между Аррасом и Ла-Фером, в стыке расположения английских и французских армий. Людендорф рассчитывал, что германские войска, овладев линией на Сомме Перонн, Ам, могли бы, опираясь левым флангом на Сомму, перенести наступление дальше в северо-западном направлении, что вело к свертыванию английского фронта. Одновременно это приводило к разъединению английских и французских армий. Среди плюсов наступления германской армии было то, что начало операции в районе Арраса и Ла-Фера не зависело от погодных условий и было возможно уже в марте. Кроме того, оборона британской армии была организована здесь значительно слабее, чем во Фландрии. Вторые и третьи позиции были подготовлены не на всем фронте. Небольшие резервы английского командования дислоцировались лишь в секторе Камбре. Под Сен-Кантеном и южнее их совсем не было.

24 января 1918 года, после поездки Людендорфа по фронту и изучения обстановки на участках 4-й, 6-й, 2-й, 18-й и 7-й армий, было принято окончательное решение о наступлении 17-й, 2-й и 18-й армиями между Краузилем и Ла-Фером. План операции был сформулирован в приказе Гинденбурга от 10 марта 1918 г. Наступление назначалось 21 марта. Главный удар должны были нанести 17-я и 2-я армии группы армий кронпринца Руппрехта. Их ближайшей задачей являлся охват англичан в выступе у Камбре и выход на линию Краузиль, Бапом, устье р. Оминьон; следующей — наступление на фронт Аррас, Альбер. В случае успеха 17-я армия должна была «поколебать английский фронт… перед 6-й армией, освобождая расположенные здесь на позиции германские силы для подвижной войны». На 18-ю армию группы армий кронпринца Вильгельма возлагалась вспомогательная задача — прикрыть левый фланг ударной группировки. Она должна была выйти на р. Сомма и канал Кроза, а затем форсировать их. Резерв верховного командования составляли 3 пехотные дивизии. Приказом предусматривалось ведение с 20 по 24 марта демонстративных атак и артиллерийского обстрела позиций противника на других участках фронта. От организации отвлекающих операций пришлось отказаться из-за недостатка сил.

Серьёзным недостатком германского плана было отсутствие развития наступления после прорыва обороны противника. Людендорф фактически отказался от планирования операции в глубину. Он заявлял: «Я возражаю против термина операция. Мы пробьем брешь, остальное будет само собой». Таким образом, стремление к тактическому успеху и отказ от планирования операции в глубину дезориентировали войска, противоречили главной цели Германии — быстрому сокрушению Антанты, неизбежно вели к борьбе на истощение, что, как и прежних кампаниях, ставило германскую армию в проигрышное положение. Кроме того, серьезной ошибкой германского командования было то, что оно не имело в своем распоряжении на Западном фронте значительных подвижных соединений, необходимых для развития тактического прорыва в оперативный. Вся кавалерия была оставлена на Восточном фронте (Россия снова помогла западным державам). Не сумели в Берлине своевременно оценить и значение танков. После массового использования союзниками танков в кампании 1917 года началась разработка конструкций тяжелого, среднего и легкого танков. Однако германская промышленность, в условиях жесткой нехватки ресурсов, не смогла в быстрые сроки освоить массовый выпуск танков. К началу наступления на фронт поступили всего 10 средних танков модели A7V. Кроме того, было отремонтировано 75 трофейных танков.

Стоит отметить, что само германское командование не было полностью уверено в успехе операции. Кронпринц Руппрехт еще в конце января отметил в своем дневнике: «От наступления… не следует ожидать слишком многого… Я опасаюсь, что его результат… выразится лишь в выгибе вражеского фронта». Не меньшие сомнения одолевали и начальника штаба группы армий кронпринца Вильгельма полковника Шуленбурга. В ночь на 21 марта он сказал майору Л. Беку: «В сражении, которое начнется завтра, мы можем захватить 100 000 пленных и 1000 орудий. В конце же сражения мы окажемся в еще более тяжелом положении, чем до него… Наступление не решит исхода войны, для этого у нас недостаточно сил». Людендорф также признавался: «Что нам удастся достигнуть — прорвем ли мы неприятельский фронт и разовьем наше наступление в операцию или оно не выйдет из пределов вылазки, это оставалось неизвестным».

«Мы пробьём брешь, остальное будет само собой»

Продолжение следует…

Автор: Самсонов Александр

Статьи из этой серии:

Кампания 1918 года

Стратегия мирового господства СШАТурецкое вторжение в Закавказье. «Тысячи русских расстреляны и сожжены заживо. Армяне подвергаются неописуемым пыткам»Румынское вторжение в БессарабиюКак румынские палачи истребляли русских солдатГерманский «удар кулаком» с целью оккупации западной части РоссииКак германцы оккупировали западную часть России100 лет «похабному» Брестскому миру100 лет Ледовому походу Балтийского флотаВесеннее наступление германской армии

Источник